Chelbusiness.ru – это: информация о новых предложениях в сфере малого и среднего бизнеса Челябинска; пошаговые инструкции по созданию собственного предприятия; юридические и финансовые онлайн-консультации, самые интересные экономические новости региона. А также: эксклюзивные интервью с представителями челябинской власти и известными бизнес-персонами нашего города; секреты успеха коммерческих проектов; советы профессионалов в сфере малого и среднего предпринимательства. Начинайте свое дело с нами!

Архив | Сентябрь, 2009

Перспективы мойки для грузового автотранспорта, как бизнеса

Добавлено 30 Сентябрь 2009 admin

Одно из наиболее перспективных направлений бизнеса — автомойка для грузового транспорта. Крупные города переполнены автомобилями. Только центр Москвы, например, по данным ГИБДД, ежедневно наполняют более 2,5 млн «железных коней». Всего же их количество, с учетом приезжающих на своих машинах гостей города превышает 3 млн. И эта цифра продолжает расти как снежный ком.
С одной стороны, для автомобилистов статистика безрадостная.
Ездить по городу, особенно в час пик, стало буквально невозможно. С другой стороны – растущий рынок дарит новые возможности для малого бизнеса. Пышно расцветают АЗС, автосервисы, автомагазины (их в столице уже в избытке). Но есть и еще незаполненные ниши. Например, автомойки.
В столице, по разным оценкам, от 800 до 1700 действующих автомоек. Для такого мегаполиса, как Москва, – негусто.
Ведь получается, что на одну «точку» приходится около 2-2,5 тыс.
немытых автомобилей. Во многих районах моек – кот наплакал, и
автомобилистам приходится ездить в «помывочные центры» издалека.
Не удивительно, что на мойках, которые стратегически расположены грамотно, постоянные очереди.
Прозрачный бизнес
– Плюсы автомоек — это несложный и прозрачный бизнес,- считает
Михаил Шведов, директор компании «Евротек», поставляющей
оборудование для мойки автотранспорта. – Он не требует специфических знаний, как тот же автосервис. Поэтому им активно интересуются инвесторы из «неавтомобильных» областей.
Кроме того – это некриминальный бизнес.
По словам Михаила Шведова, на этом рынке сегодня играют в основном мелкие игроки.
У крупнейшей столичной сети – около двух десятков автомоек. В
основном же – одна, максимум две-три «точки».
Вместе с тем мойка, расположенная в хорошем месте, может прилично зарабатывать. За один день двухпостовая «точка» может помыть 30-70 машин. Средний чек за помывку в столице составляет около 200 руб. Плюс дополнительные статьи дохода – чистка и химчистка салона и т. д.
Итого 10-15 тыс. долларов выручки в месяц.
Средняя рентабельность этого бизнеса 30%. Многие мойки используют процентную модель оплаты труда: до 50% забирает себе мойщик. Минус налоги, химсредства, коммунальные расходы – и получается прибыль около 20-40%, то есть $3-7 тыс. для двухпостового автосервиса с ручной системой мойки. Там же, где установлены автоматические системы, позволяющие мыть машину в два раза быстрее, прибыль, естественно, существенно выше.
Однако на пути жаждущих открыть этот бизнес стоит серьезная
проблема, дефицит подходящих площадей и земли.
– Когда к нам приходит человек, и говорит: хочу строить мойку –
первое, что мы спрашиваем: у вас есть земля? – говорит Михаил
Шведов.– Ведь с площадками под застройку в столице очень туго. Дело в том, что выделение муниципальной земли в Москве под подобный бизнес в настоящий момент временно приостановлено. Поэтому зачастую основным источником получения земельного участка в аренду или собственность для строительства автомойки является вторичный рынок.
Соответственно, цены на землю – космические.
Не меньше проблем и с помещениями. Ведь далеко не каждый ангар или подсобка завода годится для подобного бизнеса: нужны специальные очистные сооружения, наличие которых будут проверять соответствующие организации.
Хитрый ангар
Впрочем, для ищущего выход всегда найдется. Даже когда нет земли.
Недавно питерская компания «Аквариус» разработала установку «Амар» (автономная мобильная автомойка ручная). Внешне — это неказистый ангар серого цвета. Однако внутри он напичкан уникальными технологиями.
– Наша установка позволит начать моечный бизнес любому, ведь для нее не нужно ни разрешение на землю, ни подключение к канализации, водопроводу, и электричеству,- говорит Петр Нововский, директор компании «Аквариус».- В «Амаре» установлена замкнутая система очистки воды, автономная система электроснабжения, все необходимые для автомойки и химчистки машины устройства.
Модель работы «Амара» следующая. Установка перевозится на трейлере, и ставится в любом пригодном месте – например, автостоянке или паркинге. Площадь однопостовой мойки – 40 кв. м, двухпостовой – 80 кв. м. В ангар заезжает машина, и моется с помощью ручной мойки.
Потом с помощью изобретенной «Аквариусом» технологии использованная грязная вода превращается в дистиллированную.
– «Амару» не нужен водопровод и очистные системы. В специальные емкости заливается 7 «кубов» воды, и эта вода может
использоваться бесконечно. Раз в квартал нужно долить кубометр воды – и все. Зимой можно использовать снег.
По словам Нововского, замкнутой технологией очисткой воды, которую использует «Амар», заинтересовались в МТС. Технические службы сотовой компании собираются использовать ее для создания собственной моечной службы.
- В Питере около 40 таких установок, принадлежащих одной московской компании, с которой у меня эксклюзивный договор. Сегодня я планирую продавать эту установку и другим предпринимателям. Звонков много – из Москвы, Екатеринбурга, Самары, других крупных городов.
Ведь используя «Амар», можно начать бизнес, даже без разрешения на
землю. Договорился с автостоянкой – и все. Стоит она недорого, в
сравнении с бюджетом на строительство стационарного автосервиса – 50 тыс. долларов за однопостовую мойку, и 80 тыс. – за «двухместную».
Шампуни для грузовиков
Помимо стандартных автомоек, предпринимателям стоит присмотреться к менее освоенным направлениям.
– Инвестору стоить обратить внимание на практически пустую нишу – автомойки для большегрузного транспорта, – считает Шведов.– В Москве, да и по стране в целом с ними наблюдается большой дефицит. На трассе Москва – Петербург, например, их всего около десятка.
А немалый спрос на эту услугу есть. Сегодня очень большой процент
транспорта «несет» на своих бортах рекламу, и рекламодателю вряд ли понравится, если его недешеваяая реклама будет покрыта густым слоем пыли и грязи.
– Прибыльность данного бизнеса может быть выше, нежели у моек для «легковушек», – продолжает Шведов. – И если за мытье личной машины в Москве, даже с учетом чистки салона, ковриков и прочего, можно выручить лишь 250-300 руб., то минимальная цена за мытье грузовика или фуры – 650 руб., а зачастую и 1,5-2 тыс. руб.
– Недавно мы закончили работу над подобным проектом, бюджет которого составлял около 400 тыс. долларов (у заказчика уже был земельный участок). По нашим расчетам, этот объект должен окупиться в течение семи-восьми месяцев.
Учитывая все вышесказанное, можно делать выводы о перспективности такого бизнеса. И не останавливаться на достигнутом. К слову: по данным газеты «Бизнес», на севере Москвы работает «эротическая» автомойка. Там происходит ровно то, что все мы хорошо помним по кино и клипам — сюжет ведь затерт до дыр: море пены, мочалок, автолюбитель сидит в салоне, а в это время две-три девушки топлес моют под музыку его автомобиль. Говорят, у этой мойки много постоянных клиентов, несмотря на дороговизну услуги. Вот вам пример: ищите новые подходы!

Нет комментариев

Работа фирменного автосалона

Добавлено 30 Сентябрь 2009 admin

Главная проблема новичков – отсутствие знаний и опыта, а потому собранные в этом материалы советы практиков могут существенно помочь вам преодолеть становления нового бизнес.

Начиная автобизнес, должны сначала определиться, что именно будете продавать в Вашем автосалоне, дилером какой компании вы собираетесь стать. Какими принципами вы будете при этом руководствоваться:– либо налаживать связи с автозаводом (например, по Интернету), либо убеж-дать партнеров в необходимости предоставления кредита под конкретный бизнес-план – Ваше лич-ное дело.
Как правило, производители отдают предпочтение претендентам имеющим опыт работы в автобизнесе и желающим открыть салон в городах, не имеющих официального представительства.
У многих компаний уже существует сложившаяся дилерская сеть автосалонов, а потому вам могут предложить освоить новую территорию и указать, где желательно организовать автосалон.
Окончательное решение о партнерстве принимается только после многочисленных встреч на которых соискатель должен предложить на рассмотрение готовый бизнес-план. Но и в этом случае переговоры зачастую длятся ни один месяц, потому что производитель хочет быть уверен, что план реален, а выбранное под автосалон место удачно.
В любом случае расположение салона должно отвечать следующим требованиям: близость к трассе и выход витрины автосалона на проезжую часть. Найдя подходящее место, ведите строи-тельство или ремонт помещения.
Разумеется, потенциальные вложения в современный автосалон будут немалые: в нем нуж-но оборудовать специальных зоны: шоу-рум, сервисный центр, склад запчастей, непосредственно офис, места для отдыха посетителей и прочее..
Цветовое оформление салона, использование определенной символики и рекламной про-дукции — обо всех этих требованиях вам сообщит производитель –. все должно быть сделано по его требованиям.
Строительство и запуск нового центра Hyundai, например, за пределами столицы обходится в среднем в 2,5 млн.долларов. Кроме того, каждый оператор также должен располагать оборотными средствами для поддержания, как минимум, двухнедельного товарного запаса. На это требуется еще 150-750 тыс. долларов. Итого, минимальные стартовые затраты – 2,65 млн. долларов.
Прибыльность же этого бизнеса, далеко не так велика, как кажется. Согласно данным все того же журнала «Свой бизнес» соотношение расходов и доходов типового бизнес-центра складывается следующим образом:

Годовая валовая выручка — 100,00%

Расходы — 98,00%
В том числе:
– на закупку автомобилей у официального дистрибьютора — 92,00%
– на закупку аксессуаров и запчастей — 2,00%
– на зарплату персонала — 0,60%
– на техническое обеспечение — 1,00%
– на рекламу — 0,40%
Налоги (НДС, налог на прибыль, соцналог) — 2,00%
Чистая прибыль — 2,00%
При этом начинающему автодилеру необходимо иметь значительный запас оборотных средств, и хотя некоторые производители предоставляют отсрочку платежа, всегда стоит иметь в запасе как минимум несколько сотен тысяч свободных долларов.
Одна из основных сложностей в автобизнесе — поиск профессионального персонала. Именно здесь большинство предпринимателей сталкивается со множеством сложностей. Ведь именно от этого персонала зависит большая часть успеха. В первую очередь, важны те сотрудники, которые непосредственно общаются с клиентами, — продавцы, менеджеры по продажам, администраторы торгового зала, механики, диспетчеры, отвечающие на звонки.
Облегчить эту задачу вам поможет опытный директор по персоналу, хорошо знающий спе-цифику отрасли и умеющий набрать подходящий штат правильно его обучить, выставить стандарты общения с клиентами и жестко отслеживать их выполнение.
Чтобы продажи шли успешно необходимо четко представлять себе целевую аудиторию ва-шего автосалона. Возможно, вам придется провести исследование (или заказать его) и выяснить, на какие слои населения рассчитаны ваши услуги, какова территория охвата. Только после этого вам станет ясно, какие каналы лучше задействовать, чтобы ваша информация дошла до потенциально-го потребителя. И хотя проведение такого рода исследований обходится не дешево — экономия на неэффективной рекламе, сторицей покроет вложенные в исследование затраты.
Традиционно для рекламы автосалонов используются бесплатные городские газеты и газе-ты бесплатных объявлений, типа «Соседи» и «Из рук в руки». Это необходимый минимум, поскольку в эти газеты заглядывают практически все, когда надо осведомиться о ценах и координатах автосалонов. Остальные рекламоносители планируйте исходя из своего бюджета и текущих возможностей..Рекламная кампании автосалона не обойтись без разнообразных акций. Например, президент сети автосалонов и техцентров «Инком-Лада»советует наладить прямую почтовую рассылку в районе, где располагается ваш автосалон, в которой заявить: «Каждое воскресенье всем приехавшим бесплатное масло!» или «Каждому приехавшему — бесплатная мойка».
Ну и, разумеется, без качественного обслуживания рассчитывать на успех автосалона не реально. Именно от персонала вашего автоцентра зависит имидж компании, а значит надо не только отслеживать соответствие их действий инструкциям, но и заложить базовые принципы работы компании, которые помогут персоналу сориентироваться в нестандартных ситуациях, коих в работе автоцентра всегда хватает. Ну а чтобы клиент приходил именно к вам, давайте ему дополнитель-ные гарантии и оказывайте дополнительные услуги.
Официальным дилерам необходимо иметь большой склад запчастей, чтобы, выполнять ре-монтные работы быстро и оперативно, а значит, без логистики вам не обойтись.
В заключении совет от президента сети автосалонов и техцентров «Инком-Лада», опубликованный в «Бизнес-журнале»
Чтобы удержаться на рынке, современному предпринимателю нужно придерживаться сле-дующих принципов: наличие долгосрочных целей и упорство в их достижении. Что касается автомо-бильного бизнеса — чтобы выжить, нужно повышать рентабельность, наращивать объемы продаж всеми доступными способами. Торговать не только машинами, но и дополнительным оборудовани-ем, предоставлять высоко-качественное сервисное обслуживание. Если, в первую очередь, думать о пользе для людей, они почувствуют, что это необходимо им, и прибегнут к вашим услугам. Если же заботиться только о том, как побольше срубить денег, — это сработает завтра, послезавтра, но через полгода ни одного клиента не останется.

Нет комментариев

Под маркой "Сделано в России"

Добавлено 30 Сентябрь 2009 admin

Доля импорта на российском рынке одежды — более 95%. Вместе с тем российская швейная отрасль уже некоторое время выдает впечатляющие проценты роста. При этом нашим производителям удается не толь-ко весьма успешно развиваться в узких рыночных сегментах, но даже конкурировать с китайцами на поле деше-вого ширпотреба.
По данным агентства «Росбизнесконсалтинг», оборот розничного рынка швейных и трикотажных изделий вырос за последние семь лет примерно втрое и сегодня составляет порядка $30 млрд в год. Однако, как за-метили эксперты консалтинговой компании АМИКО, доля отечественных производителей на этом гигантском рынке — лишь 3,5%. Основными поставщиками являются Китай (35% всего импорта), Турция (12%), Германия (8%) и Италия (6%). Заметна доля импорта из Киргизии — 5%. На Индию и Вьетнам приходится 2% и 1% соот-ветственно.
Казалось бы, под напором импорта отечественная швейная отрасль должна уверенно двигаться к ле-тальному исходу. Однако, согласно исследованию АМИКО, в 2006 году текстильное и швейное производство показало серьезный рост — на 7,3%. В 2007-м движение вверх продолжилось: плюс около 12%.

ШВЕЙНЫЙ СПЕЦНАЗ

Людмила Лукина, гендиректор компании «Дзержинская швейная фабрика «Русь»": Еще два года назад мы вообще никуда не могли выйти с нашим ассортиментом. 99% продаваемой в России одежды — из Китая и Турции и лишь 1%, когда не хватает размеров и ростов, подсортировывается отечественным товаром.
В советское время «Русь» шила школьную форму для мальчиков, детские пальтишки и военную фор-му. Именно за счет военного ассортимента фабрике удалось продержаться. Собственно, и сейчас на его долю приходится 75% фабричного выпуска. Некоторое время назад, благодаря поддержке администрации Нижегородской области, фабрика получила льготный кредит, закупила итальянское оборудование и на базе советской «школьной» линии наладила выпуск мужских костюмов. А еще начала шить современную форму для мальчиков и девочек. Фабрике «Русь», можно сказать, повезло. По словам Лукиной, большинство отраслевых предприятий в их области либо закрылись, либо провели существенное сокращение персонала.

В наименее уязвимом положении оказались производители сложных швейных изделий, в том числе пальто и деловых костюмов. Китай и Турция на этом поле представлены значительно слабее, чем, напри-мер, в трикотаже. Возможно, по этой причине из старых крупных отечественных фабрик наиболее заметны на рынке московская «Большевичка» (мужские костюмы), «Псковская швейная фабрика «Славянка»" (мужские кос-тюмы Truvor), питерское производственное объединение, до 1992 года носившее имя М. М. Володарского и при-надлежащее ныне компании Fashion Park (мужские костюмы FOSP), питерский же «Салют» (пальто) и некоторые другие подобные им предприятия.

Наталья Алексеева, заместитель гендиректора «Псковской швейной фабрики «Славянка»": Переоборудо-вание производства мы сумели осуществить на собственные средства. И сегодня являемся одним из лиде-ров среди российских производителей мужских костюмов.
Кстати, как отметила Наталья Алексеева, пошив одного костюма разбит примерно на 260 операций, ка-ждую из которых выполняет отдельный специалист. Соответственно, малое предприятие с 10-15 рабочими не сможет наладить рентабельный пошив пальто или костюмов хорошего качества. Максимум — производить что-то, от чего не ждут особой элегантности, например спецодежду.

Для открытия более или менее серьезного пошивочного производства, по словам экспертов, необходима сумма порядка $2 млн. При правильной постановке дела оно может приносить прибыль до 100-150%. Однако начать можно и с малого. Отечественные предприятия, особенно новички, активно осваивают узкие сегменты рынка одежды, делают упор на товаре, так сказать, специального назначения. Кроме универсальных рабочих спецовок, в эту категорию попадает спецодежда врачей, охранников, официантов. Плюс спортивная форма, одежда для экстремальных видов спорта и т. д.

Екатерина Выходцева, PR-директор компании «Леганте» (производство спортивной одежды): Монополия иностранных компаний на рынке профессиональной спортивной экипировки зачастую не дает российским спортсменам и спортивным командам иметь индивидуальность и возможность выбора в своей одежде. А поскольку одежда отшивается в Юго-Восточной Азии, сроки поставки — не менее двух месяцев с момента заказа. Мы же позволяем заказчику избежать подобных проблем, так как производим непосредственно в Мо-скве и Московской области. Плюс размеры наших спортсменов сразу заносятся в базу компании — не нужно каждый раз заново снимать мерку.

Сейчас у «Леганте» два швейных производства в Москве и Сергиевом Посаде общей мощностью до 10 тыс. трикотажных изделий в месяц. Компания намерена расширяться, в том числе наращивать выпуск изделий для массовых розничных продаж.

Иногда владельцы марки не имеют собственного производства и заказывают пошив по своим лекалам у российских же подрядчиков. Первоначальные затраты в этом случае исчисляются десятками тысяч долларов, которые пойдут на открытие мастерской для разработки моделей.
Илья Горячев, PR-менеджер проекта «Ратибор»: Идея начать производство собственной линейки одежды возникла недавно — осенью 2007 года. Российский рынок одежды для экстремального спорта доста-точно скуден. Речь идет о свит-шотах, куртках «ниндзя», спортивных штанах, шортах и футболках с оригинальным агрессивным дизайном, подходящих помимо спорта для экстремальных уличных занятий, например уличных единоборств, манифестаций и т. п. Имеющаяся на рынке продукция в своей массе либо не удовлетворяет требованиям, либо это вещи зарубежного производства премиум-класса, доступные весьма небольшой части потребителей. Пошив наших моделей мы заказываем в России на швейной фабрике «Калужанка» в Калужской области.

Евгения Миронова, творческий директор компании «Важный элемент» (имиджевый текстиль): Наш сег-мент — воплощение корпоративного стиля компании в одежде персонала. Под заказ мы разрабатываем мо-дели униформы для официантов кафе, операционистов банков, служащих гостиниц, для промо-акций и т. п. Мелкие партии, до 50 штук мы можем сделать силами собственной экспериментальной мастерской.

Однако малый швейный бизнес в России развивается не только в узких рыночных сегментах. Как ни странно, нашим производителям удается успешно играть на, казалось бы, полностью захваченном китайцами поле дешевого ширпотреба.

Александр Арутюнов, гендиректор компании Emka Fashion: Наше предприятие — пошивочный цех: 30 швей плюс закройщики и упаковщики. Всего примерно 40 человек. Мы уже 7 лет специализируемся на юбках низкой ценовой категории — розничная цена порядка 500 руб. Весь товар сдаем оптовикам на Черкизовском рынке. Наценка на себестоимость у нас сравнительно невысокая — примерно, 50%. Мы берем объемами: наш цех выпускает, в среднем, 600 юбок в день. Всех размеров, вплоть до 68-го.
Таких производств, работающих исключительно под заказы черкизовских оптовиков, по словам Алек-сандра Арутюнова, в Москве и Подмосковье тысячи, если не десятки тысяч. Вложения в открытие подобного предприятия сравнительно невелики. Помещение — на 30 швей и вспомогательный персонал достаточно 200-300 кв. м. Оборудование, если покупать новое китайское, обойдется в $30-50 тыс. Работать нанимают гастар-байтеров, как правило, из Киргизии, Украины и Вьетнама. Зарплата швей — порядка 20 тыс. рублей в месяц. Но чтобы выйти на такую сумму, они зачастую работают по 10-12 часов в день с одним выходным в неделю.

АТАКА СРЕДНЕГО КЛАССА

Совершенно другая история — серийное производство моделей, разработанных отечественными дома-ми моды и известными модельерами. Например, дом моды Lenskaya Feather дизайнера Елены Ленской давно уже не занимается индивидуальным пошивом, а ориентируется на массовое производство.

Елена Ленская: Индпошивом заниматься малоинтересно. Сейчас наша специализация — одежда для жителей мегаполиса с достатком выше среднего. Одежда для повседневной жизни, а также для выхода в свет. От футболки за ?200 до шубы из соболя за ?100 тыс. Байер (заказчик) отбирает определенное коли-чество моделей из коллекции. Это экспериментальные образцы, которые потом изготавливаются в раз-мерном ряде и различной цветовой гамме. Также оговаривается величина партии. От этого зависит и цена изделия. Дальше мы размещаем заказ в московских пошивочных цехах. Обычно мы имеем дело с заказами се-рий от 50 до 1000 единиц одной модели. Конечно, массовый заказ увеличивает прибыль. Поэтому, сегодня делаем акцент на производство прет-а-порте как на более прибыльное направление, особенно в регионах. В Москве наша одежда продается, например, в «Крокус Сити Молл», бутиках «Каро», «Винтаж», «Наряд».

Аналогичная схема работы у дизайнера Максима Черницова (торговая марка Max Chernitsov) — с той лишь разницей, что производство у его компании собственное.

Юлия Пилюгина, директор марки Max Chernitsov: Почти все мы шьем сами. В Москве у нас два цеха. Один — экспериментальный, в котором мы отрабатываем образцы, шьем вещи для коллекции и индивидуального заказа, второй — промышленный, там уже отшиваются серии для магазинов. Коллекция включает в себя 70-100 моделей, мужских и женских. Серия производства одной модели — обычно 50-100 единиц. Мы начали с молодежной одежды, но по мере раскрутки марки постепенно добавляем более дорогой ассортимент, например нарядные шелковые платья.

Что касается ателье индпошива, то, конечно, их место в структуре рынка малозаметно, однако прибыль своим владельцам они все равно способны приносить неплохую. Ведь изобилие готового платья не решает проблемы людей с нестандартными размерами или желающих иметь костюм, «который хочется, а не который продается».

Татьяна Игнатова, завпроизводством «Ателье на Серпуховской»: Срок пошива мужского костюма при машинной технологии — около двух недель. Заказчику такой костюм обойдется от 20 тыс. руб. (серийный Truvor того же класса встанет в 10 тыс. руб.— «Деньги»). При ручной работе срок пошива и цена будут, ес-тественно, выше. В цену включен и материал: мы предлагаем только высококачественные импортные ткани, в том числе итальянские.

В отличие от большого конвейерного производства, заказной костюм в ателье, как правило, будет «от и до» шить один человек. Однако это не значит, что ателье пусть даже с одним портным достаточно оснастить единственной швейной машинкой. Чтобы выпускать различные изделия, машинок понадобится как минимум пять, желательно современных. Кроме того, персонал придется набирать высококвалифицированный — гастар-байтеры, согласные работать за миску риса, вряд ли подойдут. Логистика и ничего личного
Александр Тонконог, бренд-менеджер Ketroy в России: Ketroy — марка изначально испанская, но управ-ляющая компания — российская, ей и принадлежат права на марку. Три года назад возникла идея вывести на российский рынок полноформатный бренд — не просто набор одежды, а концептуально сформированный проект сети магазинов. Заказы на производство мы размещаем в Португалии, Таиланде, Китае и Индии. Почему не в России? Например, пошив костюма несколько раз сильно менялся за последние пять лет, а обо-рудование и технологии, как ни стараются наши фабрики, все же не успевают за этими изменениями. Кроме того, в России не производятся соответствующие ткани и аксессуары — заказчик должен все привезти фабрике сам. Ну, разве что упаковочные пакеты у них свои. В большинстве случаев проще не везти, а зака-зать производство за рубежом. Кстати, наша костюмная коллекция Ketroy производится на одной линии с Hugo Boss, а трикотажные изделия — совместно с Paul Smith, это своего рода гарантия качества. Отече-ственные фабрики такой гарантии дать не могут.

Причина, по которой владельцы торговых марок предпочитали и предпочитают заказывать пошив за границей, в отсутствии должного сервиса. Размещать заказ в России зачастую не то что дороже, а просто не-удобно с точки зрения элементарной логистики.

Борис Остроброд, президент корпорации Sela (разработка моделей, производство и торговля одеждой): Так сложилось, что когда мы в 90-х начинали сотрудничество, китайские партнеры предложили нам финан-сирование. То есть для размещения заказа на производство не нужно было никаких денег. Более того, во время кризиса в 1998 году за готовую продукцию мы могли расплачиваться уже после ее реализации. Вряд ли какая-то отечественная фабрика сможет предоставить такие условия. К тому же отечественную фабрику нужно сразу обеспечить всеми материалами, от тканей до молний, пуговиц, вшивных лейблов, резинок и т. п. Все это нужно самим закупить и привезти. В Китае же все это есть на месте. Производство ком-плектующих рядом с поставщиком материала всегда мобильнее. Однажды нам понадобились картонные коробки —перефасовать товар. Так в России они стоили по $4, а в Китае — по 30 центов, оттуда мы их в итоге и привезли.

Даже ОАО «Альянс «Русский Текстиль»" — один из крупнейших в России производителей тканей, вла-деющий пятью текстильными фабриками, заказы на производство одежды размещает в основном в Китае.
Константин Волков, президент компании «Альянс «Русский Текстиль»": Развитие направления «одежда» для нас одна из приоритетных задач на период до 2010 года. Программа выпуска на 2008 год — на 750 млн. руб. Что касается организации собственного производства в России, то с учетом роста заработной пла-ты, роста тарифов эти перспективы достаточно туманны. Есть более доходные виды бизнеса, когда про-изводственные площади используются более эффективно.

Основной аргумент скептиков, считающих, что производить одежду в России сегодня нерентабельно,— дешевая и качественная китайская продукция. Ну как с ней конкурировать? Однако, по оценкам многих экспер-тов, нынешнюю долю российских производителей в 3,5% можно считать пройденным этапом. В любом случае, даже если эта доля впоследствии серьезно не вырастет, то уж точно не по вине «дешевого Китая».

Борис Остроброд: То, что в Китае дешевый товар,— миф. Цены на нефть и хлопок там мировые, зарплаты рабочих за последние годы выросли раза в четыре. Вдобавок очень сильно подорожал юань. По-этому сегодня тем, кто, как и мы, уже создал собственную инфраструктуру контроля производства в Ки-тае, имеет смысл там оставаться. В ином случае особых плюсов для работы именно с китайским произ-водством я не вижу.

Александр Арутюнов: Конкуренции с Китаем, думаю, бояться не следует, опасаться скорее нужно Киргизии и Украины. Через прозрачные границы СНГ провезти товар мимо таможни значительно проще, чем из Китая. В Киргизии, например, с советских времен сохранилась хорошая база текстильного производства. И зарплаты там действительно низкие.

Кроме того, как ни крути, а близость к потребителю на столь динамичном рынке, имеющем четыре сезо-на в году, играет существенную роль. Даже «черкизовские дизайнеры» каждый сезон запускают новые модели и экспериментируют — «пойдет — не пойдет». Что уж говорить о производителях в более дорогих сегментах.
Артемий Семеновский, гендиректор компании «Виста Трейд» (производство текстильных аксессуаров): Изначально мы занимались поставками в Россию товара (платков, палантинов, шарфов и т. п.) итало-германской компании. Потом зарегистрировали торговую марку Vista и стали заказывать производство изделий в Италии. А в 2000 году нам удалось наладить полный цикл производства в России. Прежде всего, это дало оперативность: от окончания разработки дизайна до появления готового продукта проходит 1-2 недели, а раньше только неделю готовая продукция шла из Италии до московского склада. Второй немало-важный фактор — снижение себестоимости, экономия лишь на таможенной пошлине составляет порядка 25%. И наконец, стало удобней контролировать производство: если что-то идет не так, то сразу меняются параметры технических условий, перенастраивается печатное и швейное оборудование. Зависимость от подрядчиков, конечно, существует, но и влиять на них гораздо проще, чем дистанционно, через несколько границ.

Единственным минусом переноса производства в Россию, по наблюдению Семеновского, является сме-на ярлыка «Сделано в Италии» на «Сделано в России». Однако, как выяснилось, для качественного товара в средней ценовой категории смена места происхождения большого значения не имеет.

Нет комментариев

100 тысяч рублей ежемесячно принесет владельцу ателье по ремонту одежды

Добавлено 30 Сентябрь 2009 admin

Антикризисное предложение по открытию бизнеса должно удовлетворять одному главному условию – нужно найти и предложить такое дело, которое будет давать небольшой, но гарантированный доход при самых минимальных первоначальных вложениях. Почему речь идёт о маленьком доходе? Как Вы знаете, чем больше планируется доход, тем больше должен быть стартовый капитал и тем больше риски. Рисковать же в период кризиса неразумно, да и нечем. Большие кредиты не получишь.
Наш рассказ — об открытии маленького ателье по ремонту одежды. Сразу оговоримся, что этот бизнес подойдёт только тем, кто сам «в теме». То есть Вы должны быть портным или швеёй, для того, чтобы и работать самостоятельно, и профессионально смотреть за работой немногочисленных помощников. В случае, если Вы хотите выступать в роли организатора дела, с технологией которого незнакомы, то есть быть исключительно «бизнес-строителем», то связываться с таким копеечным производством не стоит. Весь Ваш доход съест аренда и зарплата персонала.

Ателье по ремонту одежды – это изначально заявка о скромности Ваших притязаний. Потому что ателье по-настоящему, – это место, где одежду создают, творят. А вот ателье по ремонту в основном, перешивает старые вещи, подгоняя их по изменившемуся размеру хозяев, чинит и штопает ткань изделия в местах, которые постоянно протираются, укорачивает (подшивает) брюки, ставит и переставляет пуговицы и петли, вшивает новые молнии. Поэтому такие ателье, как правило, арендуют в местах, где торгуют готовой одеждой – в крупных торговых центрах, с бутиками одежды на вещевых рынках, которые торгуют вещами от самых разных производителей. Этот полезный симбиоз даёт огромный приток клиентов.

Но непременно одно жёсткое требование – услуги должны быть «экспресс»-типа. На одного клиента – не более двадцати минут. То есть человек хочет купить, к примеру, брюки, тут же их подогнать у портного и уехать домой с вещью, которую уже можно носить.

Кроме того, у ателье, арендующих помещение под крышей ТЦ, есть ещё одна проблема – неоправданно высокая аренда.

Вы можете вообще не набрать клиентов. Ситуация с современной лёгкой промышленностью известна всем: перепроизводство дешевой и низкокачественной китайской одежды «развратило» вкус и культуру потребителей. Они отвыкли чинить свою одежду, вообще любить ее, уважать и относиться к ней бережно. Мы уже давно привык выбрасывать всё тоннами на ближайшую мусорку, тут же покупая тонну нового, «из последней коллекции». Качество ниток и тканей таково, что такую одежду вообще не чинят – её выбрасывают, потому что через год-два она уже приходит в негодность. К тому же самые распространенные современные «наряды» – джинсы и свитер, вряд ли вообще нуждается в починке и перешивке. Это одноразовый комбинезон, который можно утром надеть, а вечером выбросить.

Вот почему аренда помещения в торговом центре – это верный путь к разорению.
Вот ещё несколько соображений в пользу этого мнения. Арендодатель не хочет сдавать в аренду маленький метраж, ему хочется работать с цифрой не меньше 50 квадратных метров. Вам такие цифры ни к чему. Приходится брать так называемых субарендаторов, – например, ремонт часов, обуви, проявка и печать, ксерокс, заправка картриджей. В общем, получается неопрятный диккенсовский курятник, за которым трудно следить и содержать в чистоте. При взгляде на такое «хозяйство» у брезгливого и склонного к порядку человека возникает желание немедленно закрыть его, а освободившееся место отмыть до блеска. Так, между прочим, любят рассуждать и чиновники.

Специалисты советуют – ателье по ремонту одежды лучше открыть в подвале или на первом этаже жилого дома, во дворе. Срок выполнения заказа – от одного дня до недели, исходя из числа заказов. И клиент ждёт. Кроме того, к Вам потянутся люди, которые имеют в наличии вещи более «цивильного» типа. Потому что в торговых центрах все поддаются атмосфере общей спешки, а в жилом квартале, во дворе собственного дома спешить некуда, там более размеренный ритм. Люди будут иметь возможность не спеша перетряхнуть свой гардероб, найти вещи, достойные ремонта и переделки и подумать вместе с мастером, что бы этакое из них сделать. Особенно это касается меха, кожи, драпа.
Есть ещё один интересный вариант для тех, кто хочет проживать по адресу крупного торгового центра – купить франшизу. Единовременная плата при покупке – 8 тысяч долларов;
Вы будете отдавать своему «хозяину» роялти, с четвёртого месяца работы. Другими словами ежемесячно отчислять в пользу франчайзера – 180 долларов.
Но все-таки франшиза – это дорогое удовольствие. Её цена зачастую такая же, сколько стоит и оборудование, необходимое для работы.

А если у Вас нет своего оборудования, представитель франшизы не захочет с Вами работать. Получается: «Приходи ко мне на именины со своей водкой и закуской». Так я и дома могу поесть. А потому, если денег у вас не много, придется обойтись без «помощников». А шишки набивать на своем опыте.
Первое что вам потребуется сделать – это купить оборудование. Вам понадобятся машины:
а) подшивочная;
б) скорняжная;
в) трикотажная;
г) две прямострочные машинки,
д) оверлок;
е) парогенератор.
Стоимость каждой машинки — от 1 до 4 тысяч долларов, а бытовые машинки попроще можно приобрести и за 4-8 тыс. руб.
Около 12 тыс. рублей Вы потратите на манекен.
Итого все оборудование вам обойдется – в 300-500 тыс. руб.
Средняя стоимость заказа — 300 руб.
Месячная выручка — около 100 тыс. руб.
Аренда 18-метровой комнаты во дворе жилого дома, – примерно четверть выручки.
Закладываем сумму на закупку расходных материалов и текущий ремонт – 10 тыс. руб. в месяц.
Такое ателье окупится за полгода и начнет приносить около 100 тыс. рублей ежемесячно. Сколько из них останется вам в качестве чистой прибыли зависит от того насколько скромнее будет аренда помещения (а благодаря текущему кризису это вполне достижимая задача) и сколько человек будет работать в вашем ателье.
Легче всего живётся швеям-надомницам. Они преспокойно работают себе дома, не заботясь об аренде, а клиентский поток им обеспечивает «сарафанное радио». Самое любопытное, что ни один эксперт рынка не сможет придумать ни один минус такого способа ведения личного бизнеса.

Нет комментариев

Что такое «промальп» и как на нем заработать?

Добавлено 30 Сентябрь 2009 admin

Промышленные горы – это все то, что мы зовем городом. Жилые дома, офисные здания, производственные установки, заводские павильоны, трубы, рекламные щиты, вышки. Высоты, которые нужно не только покорять, но и отвоевывать у конкурентов. Люди, ведущие борьбу за них, называют себя промышленными альпинистами… Или сокращенно – промальп.

В конце девяностых московские альпинисты начали сбиваться в стайки. Направление «промальп» получило новый статус и стало именоваться бизнесом. Распространились слухи о том, что дело это – не затратное, но очень прибыльное. Формула, на первый взгляд, идеальная – для того, кто хочет вложить средства в новое направление. Попробуем взвесить все «за» и «против» этого дела.

Промальп» – это интересно!

Мы встретились с тремя предпринимателями, работающими в промальпе, и задали им 7 простых вопросов о нем.

«Промышленный альпинизм – это разве интересно? Какие там альпинисты?.. Промышленные объекты – вот о чем надо писать, – говорит он, показывая мне красивую фотографию Хорватского побережья.

Глеб Стрикалев, генеральный директор одной из самых известных в Москве промальп-компаний. Официально его детищу – «АльпСервису» – еще только пять лет, но собственную команду альпинистов-подрядчиков Глеб собрал еще в 1992-м. Не так давно предприниматель ко всему прочему открыл собственное туристическое бюро, организующее многодневные прогулки на катере по Средиземноморью.

– Вот это интересно… Море, солнце… А какой вид! – продолжает Глеб. – А вы о промышленном альпинизме пришли писать! Скукотища!

А его телефон все звонит и звонит.

– Вы там будете сегодня вечером? Надо лезть. Сейчас надо, – торопливо отвечает кому-то Глеб. За все время нашей беседы – ни единого звонка от туриста, желающего приобрести путевку. Посредники, подрядчики, заказчики… и прочие участники движения промальпа.

Как выясняется позже, все промальповцы общаются между собой в основном по телефону. Альпинист всегда в пути: куда-то едет, куда-то спешит. Или лезет. Руководитель компании тоже почти всегда в дороге – надо самому выезжать практически на каждое место работы. Оценивать ситуацию, продумывать ее еще до заключения контракта с фирмой-заказчиком. Для этого очень важно, говорит Глеб, что-то понимать в альпинизме самому.

– То есть руководить компанией, подобной вашей, неальпинист не сможет? – уточняю я.

– Дело надо знать, – отвечает сидящий тут же прораб компании «Альпсервис»,. – Попасть иногда можно на ТАКОЕ!

– Какое такое?

– Ну, например, встречаешься с заказчиками, осматриваешь здание, с которым нужно будет работать: «Да, сейчас придут мои люди, все сделают». Люди-то придут, только может выяснится, что залезть, например, туда-то и туда-то чисто технически невозможно. Получается, если ты заранее не просчитываешь, как можно выполнить ту или иную работу, можно взять на себя такую задачу, которую выполнить заведомо невозможно.

Глеб и его помощник категоричны. Наверное, потому, что  промальпом они занимаются уже пятнадцать лет. А вот в компании «АльпСити», которая занимается не только тридиционнымм промальпом, но и таким видом бизнеса, как экстремальные развлечения на высоте, думают иначе.

– Всеми задачами вполне может заниматься менеджер, – говорит исполнительный директор компании Василий Далматов. – Вопрос только в том, кому какой сектор ответственности он будет нести на себе. Потому что когда не понимаешь, что может произойти на тех или иных работах, ты можешь не отдать нужных распоряжений своим подчиненным, не потребовать проработки тех или иных вопросов. Просто ты об этом не знаешь. А когда узнаешь, будет поздно.  Но теоретически узнать это вполне возможно. Просто почему-то пока в этом бизнесе заняты в основном альпинисты.

Коллега Василия, генеральный директор компании «Линия горизонта» Дмитрий Иванов, вообще считает, что менеджер альпинисту будет служить хорошим начальником и примером.

– Я думаю, что быть менеджером и не быть при этом альпинистом, управляя компанией, – это реально, – говорит он. – И такая система даже эффективнее. Главное, чтобы у руководителя были развиты организаторские способности. Здесь важен опыт руководителя более, чем опыт альпиниста. А для того чтобы работать непосредственно с заказами, можно нанять прораба, который все знает». Дмитрий сам – профессиональный альпинист. На вопрос о том, как ему удается совмещать альпинистские навыки с талантами руководителя, отвечает скромно.

– Я себя не считаю ни управляющим, ни альпинистом, – говорит он. – Я бы назвал это так: ремесленничество.

Головная боль альпиниста

– Это правда, что промышленный альпинизм – бизнес не затратный? – задаю вопрос, понимая, что утвердительно  на него, скорее всего, не ответят – конкурентов в промальпе немало.

– Да, – отвечает Глеб Стрикалев, – действительно не затратный. Деньги уходят только на инструмент. Инструмент как расходный материал. Самая большая головная боль, самые большие наши затраты – это зарплата для наших альпинистов. И добавляет – Вот звонят сейчас альпинисты. Недовольны, что им заплатили на троих всего 140 тысяч за две недели работы. Как вам?

– А сколько стоит альпинист?

– По-разному. В зависимости от его квалификации и востребованности. В данном случае мы их не обидели. А вообще минимальный заработок штатного альпиниста – от 25–30 тысяч и выше.

– Неплохо…

В «Линии горизонта», как и в «АльпСервисе», ставки примерно те же.

Дмитрий Иванов рассказывает, что, тем не менее, есть возможность нанимать персонал и дешевле. Так, например, появилось множество приезжих альпинистов, которые не так избалованы высокими заработками как москвичи. «Вообще на рынке сейчас очень много иностранной квалифицированной рабочей силы. Если не ошибаюсь, 80% всего рынка труда в промальпе на сегодня – это немосквичи. Люди, живущие постоянно в столице, – это штатные альпинисты. Наемные альпинисты, с которыми мы работаем по договоренности, – граждане из Украины, Беларуси и стран бывшего СНГ.

– Тут получается такая ситуация, – говорит Василий Далматов из «АльпСити», – есть промышленные альпинисты в штате, а есть вольнонаемные. И статус компании в промальпе состоит в том, насколько много она знает таких людей – вольнонаемщиков.

– А как же штат?

– В штате у меня есть определенные люди, которые мне нужны всегда. Бухгалтер. Прораб. Отдел менеджеров по продажам, рекламный отдел. А что касается работников…  Есть очень узкие специализации. Например, сварщик-высотник. В таких людях я нуждаюсь не всегда. Проще получить конкретный заказ и обратиться к конкретному специалисту. А содержать каких-то дорогостоящих «спецов» сегодня могут позволить себе немногие.

У Василия – большой фотоархив, в котором – самые важные проекты. Он показываетна снимке одного человека.

– Вот он – очень дорогостоящий специалист. Как раз сварщик-высотник, – объясняет предприниматель. – У него своя фирма есть. Он просто не пойдет к кому-то в штат работать «на дядю». Проще позиционировать себя как подрядчика. Это солидно.

Сезонное предложение

В офис Василия Далматова меня пригласили вечером, к семи. В это время здесь еще много народа – от исполнительного директора до куратора «праздничного» направления. Звонки от клиентов, решение важных вопросов

Как говорит Далматов, для многих тружеников промальпа семь вечера – это только начало рабочего дня. Некоторые виды работ можно выполнять только ночью или по выходным. Так очистку снега и ликвидацию сосулек зимой желательно производить вечером. Есть ограничения и по округам. Центральные улицы Москвы обслуживаются альпинистами только ночью.

– А такое понятие, как сезонность, в промальпе есть? – интересуюсь я.

– В последнее время, на мой взгляд, сезонность у всего пропадает, – подчеркивает мой собеседник, – дорожные службы переходят на уборку снега, строительство стало круглогодичным. Дома как строились, так и строятся. Есть даже определенные заказчики, которые заказывают покраску зданий особыми красками, которыми можно красить «в зиму». Даже кровли умудряются зимой делать. Так плюс зимой сегодня еще работа для альпинистов – снег на крышах, сосульки, свисающие с карнизов зданий.

Глеб Стрикалев настроен менее оптимистично. По его словам, зимой, хотя и есть работа, но совсем не в том объеме и формате, который позволяет альпинистам забыть о сезонности. Кроме того, тем, кто работает на высоте, крайне трудно работать в российском климате, считает он: в минус 25 на капроновой веревке не повисишь. Что касается собственного рабочего дня, Глеб рассказывает, что его команде часто приходится работать только ночью: «В Столешниковом переулке работаем исключительно по ночам. Биржу ММВБ нельзя чистить в дневное время».

Человек-Паук,Дед Мороз, Бэтмен и другие…

В офисе Стрикалева много фотографий. В основном пейзажных… Альпинистов, запечатленных в работе, не замечаю… Вспоминаются стены «АльпСити», увешанные жанровыми фотографиями, главными героями которых являются Ангелы и Деды Морозы, буквально парящие за окнами двадцатидвухэтажных высоток.

– Нет, праздниками мы профессионально не занимаемся, – отвечает Глеб. Бывает, что под Новый год Дед Морозами лазаем. Но это, можно сказать, эксклюзив… И потом, я слабо себе представляю, как на этом можно заработать… Праздники – это, опять же, мероприятия сезонные.

– Иногда все-таки случается. Помогаем людям в организации торжеств, – замечает прораб «АльпСервиса». – Одна из самых красивых баек связана с Нахимовским училищем в Санкт-Петербурге. Была одна фирма, которая устанавливала некую конструкцию на крыше здания училища. Прибыло начальство. На крыше в честь окончания работ решили «красиво» разбить бутылку шампанского. Позвали девицу-красавицу. Долго ее уговаривали, чтобы она на крышу залезла и при этом сумела удержаться не только за перила, но и за бутылку шампанского, которую нужно «очень торжественно» разбить. Девушка взяла в свои хрупкие ручки это самое шампанское, стоит на крыше. А к конструкции ей подойти страшно – голова кружится. Вокруг все в ожидании… Девушка набирается храбрости и кокетничает минут пять-десять: замахнулась уже два раза, а разбить боится. И так к конструкции подойдет, и эдак. Ну а на третий раз красавица уже осмелела и – как размахнется. Она в принципе была готова действительно шмякнуть, наконец, эту бутылку. Точно в этот момент висящий сзади нее для подстраховки альпинист не выдержал и грохнул ей по бутылке большой железякой! Шампанское разбилось прямо у девушки в руках, не успев ни с чем соприкоснуться. Визг отчаянный … Целых минут пять еще потом бедняжку откачивали. Испуга-алась!

В компании «АльпСити» организация праздников на высоте – одна из основных специализаций. Здесь считают, что на этом можно неплохо заработать. От тысячи евро – за заказ. В зависимости от высоты и уровня сложности задания.

– Мы организуем детские праздники, – рассказывает Марина, специалист отдела «Организация праздников на высоте». – К детям через окно можно переправить любого героя. В основном заказывают Бэтмена, Человека-Паука. Кстати, героем может стать любой член семьи – папа или мама. Мы консультируем клиентов, и они сами могут попробовать вместе с инструктором спуститься на веревках.

Еще одно популярное направление – организация сюрпризов для любимых. Например, жених влезает к невесте на седьмой этаж по веревкам. Или же молодой человек, стремясь удивить любимую, преподносит цветы, паря где-нибудь у нее за окном.

А еще в «АльпСити» организуют экстремальные развлечения на высоте. И это не только прыжки с домов или вышек со страховкой, но и экскурсии в пещеры, катакомбы. В компании это – одно из самых интересных направлений. И при этом оно приносит не менее успешные доходы, чем все другие.

О конкурентах и  развитии…

На портале www.yellow-pages.ru в рубрике «Промышленный альпинизм» – всего 40 компаний. Почему– никому не известно. Но то, что число компаний, занимающихся промальпом в Москве, уже давно намного больше, очевидно.

– По моим подсчетам сейчас в Москве более 9000 компаний, предоставляющих услуги по промышленному альпинизму. На самом деле крупных фирм, естественно, немного. Есть бригады, состоящие в основном из студентов, которые с помощью промальпа подрабатывают в свободное от учебы время.

– А где раньше эти альпинисты были? Ведь фактически промальп начал развиваться только в середине девяностых… – Озвучивает свою версию Василий Далматов. – Теперь потребность в нем больше ощущается. Строительство растет из года в год. Количество промальпа увеличивается. Денег этот бизнес теперь приносит больше, чем раньше. Промышленный альпинизм иногда эффективнее, чем обычные приемы строительства. Понимаете, при определенном раскладе удобнее сотрудничать с тремя альпинистами, нежели нанимать бригаду в люльке. Рабочие, которые работают с люльками, – дешевле. Да и привезти их не составляет больших затрат. Но, представляете, что такое работать с люльками? Нужен автомобиль, водитель и три-четыре подъемника  А тут – всего три промышленных альпиниста  Они берут за свою работу чуть больше, но не пьют, и организовывать такую бригаду проще. С другой стороны, стали появляться работы, которые невозможно сделать обычными средствами и механизмами. В Москве с каждым днем все больше и больше проблемных домов. Расходятся швы, отваливаются панели,. Также все больше и больше возрастает количество рекламы. Соответственно, все больше и больше сфер применения для альпинистов. Для большого города это естественно

Непромышленное и  лирика

– А вы горы видели? – спрашиваю я Глеба Стрикалева, разглядывая фотографии с курортов Хорватии.

– Был, конечно… Через все прошел. А знаете, сейчас многие промальповцы и в горах-то не были… Считают, это не нужно. Чисто технически человек-то все умеет…

– А, по-вашему, горный опыт – это важно?

– Конечно. Те, кто в горах не был – это исполнители.  А тот, кто хоть раз вершину покорил, уже и в жизни ввысь стремится  Я не знаю ни одного руководителя компании в промальпе, который бы не был в горах. Горы – это обязательно

Нет комментариев

Открываем аптеку

Добавлено 30 Сентябрь 2009 admin

В досоветской России аптеки, а также продовольственные магазины обычно относились к сфере семейного бизнеса. Сегодня редкая семья может позволить себе держать аптечную лавку — слишком высока конкуренция. А после принятия нового отраслевого стандарта для фармацевтического бизнеса, административные барьеры стали почти непреодолимы. Но если вы располагаете несколькими десятками тысяч свободных долларов — перспективы уже не будут  столь беспросветными. В настоящей статье и пойдет речь о том, как открыть аптеку.

Начнем по порядку. Все аптечные организации по характеру деятельности подразделяются на изготавливающие лекарственные препараты по рецептам и продающие готовые лекарственные средства, а также на собственно аптеки, аптечные пункты, аптечные киоски и аптечные магазины. Разница между ними заключается в перечне лекарств, разрешенных к отпуску, ряде сопутствующих услуг и, разумеется, длинном списке нормативных требований.

Традиционно самыми прибыльными являются аптечные пункты. В удачно выбранном месте их окупаемость достигается за полгода. Однако есть один ключевой момент: аптечный пункт является структурным подразделением, а значит, для начала придется открыть аптеку, перечень требований к которой на порядок выше. Она потребует значительно больших вложений и окупается  соответственно не быстро — в лучшем случае через два года.

Хотя некоторые наши умельцы додумались до следующего красивого решения: открывают аптеку где-нибудь на окраине с символической стоимостью аренды помещения, а после устройства нужного количества аптечных пунктов в нужных местах, закрывают саму аптеку на бессрочный ремонт (к чему нести дополнительные расходы?).

Так бы и рос гигантскими шагами аптечный бизнес, открывая на каждом перекрестке аптечные пункты (благо рынок еще весьма далек от насыщения), но наши «законотворцы» решили иначе и приняли в 2003 году судьбоносный отраслевой стандарт, в одночасье «выкосивший» из этой сферы половину малого бизнеса. Желая оградить потребителей от фальсифицированных лекарств, а возможно — пролоббировать интересы крупных аптечных сетей — существуют различные версии на этот счет, — законодатели значительно повысили требования к минимальной площади аптек  (не менее 60 кв.м вместо прежних 12 кв.м), чем сразу же поставили большую часть собственников небольших аптек на грань разорения. И хотя Минздрав последующим разъяснением разрешил доработать действующим аптекам до конца срока текущей лицензии, для ее продления им придется привести состав и площадь своих помещений  к требуемому стандарту (читайте — закрыться).

Теперь, покончив с душераздирающей первой частью, перейдем к вопросам открытия аптеки в современных условиях.
Итак, если вы желаете открыть аптеку, первое, что вам необходимо иметь — это помещение общей площадью не менее 75 кв.м. На этой площади должны располагаться следующие обязательные помещения: производственные (60 кв.м.) — торговый зал, помещение приема и распаковки товара, помещения хранения; административно-хозяйственные (13 кв.м.) — обособленное место руководителя и бухгалтера, гардеробная или шкаф, помещения персонала, архив; санитарно-бытовые (2 кв.м) — уборная со шлюзом и место хранения уборочного инвентаря.
Излишне говорить, что все аптеки должны быть оснащены приточно-вытяжной вентиляцией и канализацией, централизованными системами отопления, электро- и водоснабжения. Также помещения для хранения лекарственных препаратов должны быть оснащены приборами регистрации параметров воздуха. Вся площадь аптеки должна быть оборудована светозвуковой противопожарной и охранной сигнализациями и находиться под круглосуточным централизованным наблюдением. Кроме прочего, все помещения аптеки должны быть функционально объединены в единый блок, изолированный от других помещений.

Немного о ремонте. Для отделки стен и потолков необходимо использовать только те материалы, которые допускают влажную уборку с применением дезинфицирующих растворов и имеют высокий коэффициент светоотражения. Пол должен быть утепленным и покрыт линолеумом с заваренными швами или керамической неглазурованной плиткой.
Если учитывать все требования (а мы привели лишь некоторые из них), только отделка помещения потянет на несколько тысяч долларов, и это без дизайнерских изысков (они, к слову, в аптеке и не нужны). Но не забывайте об оборудовании: стеллажи, шкафчики, сейфы для хранения отравляющих и наркотических средств, холодильники и прочее в целом потянут на 5-8 тысяч долларов для аптеки и 1,5-3 тысячи для небольшого аптечного киоска. А ведь здесь еще не учитываются вложения в закупку товара, заработную плату сотрудников, изготовление вывески и прочие расходы.
Есть и определенные организационные вопросы. Даже если у вас достаточно свободных денег для открытия аптеки, вам необходимо соблюсти целый ряд требований. Это получение «паспорта аптеки» а также лицензии на розничную торговлю медицинскими препаратами. Не все так просто и с подбором персонала. Прежде всего, всем сотрудникам (кроме уборщиц, называющихся санитарками) необходимо иметь фармацевтическое образование. При этом руководство аптекой должен осуществлять провизор, имеющий сертификат специалиста и стаж работы по специальности не менее 3 лет. И к подбору заведующего необходимо подходить особенно тщательно — именно он будет формировать ассортимент аптеки, а значит, в значительной степени распоряжаться вашими свободными денежными средствами.
Итак, основные затраты подсчитаны. Перейдем к нашей любимой части — возможным доходам. Несмотря на высокую наценку (от 20 до 40%), рентабельность продаж в аптечной сфере не так высока — около 10%. Вместе с тем, у аптечного бизнеса есть и своя приятная специфика: если аптека расположена на бойком месте – довольно низка чувствительность населения к цене. Иными словами, большая часть лекарств люди покупают в аптеках, расположенных у дома или по пути с работы домой. Сменить привычный маршрут мало кого заставит разница в несколько рублей. Исключение составляют дорогостоящие препараты. Большая часть населения их предпочитает приобретать только в аптеках, (не киосках и пунктах!) – однако, сама аптека в любом случае будет выбиваться из расположенных поблизости. Отсюда вывод: единственное ключевое решение, которое вам необходимо принять, — правильно выбрать место.

Согласно московской статистике, средняя сумма аптечного чека составляет 150 рублей, а в аптечном киоске — около 70 рублей. Сделав поправку на региональную покупательную способность (пусть 80 и 40 рублей соответственно) несложно подсчитать возможную выручку при проходимости 100 человек в день — 8000 и 4000 рублей соответственно. Такой результат считается очень даже неплохим.

На первый взгляд аптечный бизнес не столь уж привлекателен, однако это утверждение верно лишь для одиночных аптек. Аптечные сети — источник действительно больших доходов. Оборот одной аптечной сети может доходить до 300-400 млн. руб. в год, причем это далеко не предел.

Розничная торговля медикаментами в крупных городах — довольно прибыльный вид бизнеса. Судите сами: спрос есть всегда, розничная наценка доходит до 40%, НДС платить не надо, сумма официальных платежей за разрешительные документы — всего около 200 долларов, да и прочие издержки невелики…

Но попасть в ряды «торговцев здоровьем» не так-то просто. Этот бизнес пристально контролируется множеством проверяющих (от медицины и прочих). Они могут с легкостью «зарубить» ваше дело на корню. Другими словами, «чужих здесь не любят». Если нет знакомого чиновника от медицины, вам придется очень тяжело. Однако, попробовать свои силы все же можно. Судя по опыту работы ряда столичных аптек, игра стоит свеч. Казалось бы, самый простой путь — начать с аптечного киоска или пункта. Затраты на их открытие в столице сравнительно невелики — от 10 до 15 тыс. долларов. При окупаемости не более чем через полгода.

Но столь легкий путь недоступен. Чтобы открыть пункт или киоск, сначала вам придется открыть аптеку. Так требует существующая разрешительная система. В соответствии с большим перечнем нормативных документов аптека — это самостоятельная структура, а аптечные киоски и пункты — всего лишь ее структурные подразделения. И здесь вас будет ожидать не очень приятный сюрприз. Затраты на открытие очень небольшой аптеки в 3–4 раза больше, чем на открытие киоска или пункта(до 50 тыс. долларов), а период окупаемости — около двух лет. Крупная аптека потянет на все 200–300 тыс. долларов и более. А окупиться она может как за два года, так и не окупиться совсем. Однако, начинать в любом случае придется с открытия аптеки, и только потом за счет ее подразделений (киосков и пунктов)можно расширять свою розничную сеть.

Открытие аптеки — это своего рода «входной билет» в аптечный бизнес. По расчетам, если ваших стартовых инвестиций достаточно лишь для открытия аптеки, свой первый киоск или пункт вы сможете открыть примерно через полгода после начала ее работы. Поэтому лучше все-таки не ждать полгода и начинать создавать сеть немедленно. Некоторые поступают еще радикальнее. Открывают аптеку в месте, где она заведомо не окупит даже самые минимальные инвестиции, при этом экономят на аренде, а ремонт делается лишь символически. Сразу же после этого создают сеть аптечных киосков, регистрируют их как структурные подразделения аптеки, а само «головное предприятие» немедленно закрывают на бессрочный ремонт. И спокойно работают через киоски.

По словам владельцев аптек, полгода после открытия первой точки — очень символичная дата. Это своего рода момент истины, точка принятия решения — быть бизнесу или нет. Если за это время прибыль не достигла типичных для региона показателей (для столичных аптек — примерно 16 тыс. долларов в месяц), значит и в будущем она вряд ли будет очень рентабельной. А если аптека работает нормально, то примерно через полгода ее владелец сможет, аккумулируя прибыль, открыть аптечный киоск. Соответственно, если в аптеке и киоске дела пойдут успешно, следующую точку вы сможете открыть уже через три последующих месяца. Такую «золотую цепочку» можно и нужно продолжать. Но даже если вы остановитесь на аптеке и двух ее структурных подразделениях (например, киоск и пункт), ваши суммарные затраты в 60 тыс. долларов окупятся за полтора года (заметьте, сама по себе аптека окупится в лучшем случае не ранее, чем через два года).

Собственно, затраты на открытие аптеки — это всего лишь одна из статей издержек (правда, весьма значительная) на открытие аптечных пунктов и киосков. За день аптека на людном месте обслуживает до 400–500 покупателей, тогда как аптекам, расположенным в «спальных» районах, редко удается обслужить больше, чем 250–300 покупателей. Но и этого вполне достаточно, чтобы не оставить двум провизорам или фармацевтам ни минуты свободного времени. Некоторые наши консультанты отметили, что многие аптеки обслуживают в день не более сотни клиентов, но от оценки эффективности таких заведений воздержались. Крупные аптеки (имеющие более трех отделов) за день обслуживают до 1,5 тыс. посетителей. Еще раз оговоримся — приведенные выше цифры и предположения справедливы лишь для аптек, расположенных в крупных городах. Да и они не точнее, чем средняя температура по больнице. Выручки столичных аптек очень различаются: от 2000 руб. в месяц до 10000 руб. в день в нескольких, самых крупных. А на периферии, к сожалению, все гораздо скромнее.

Разрешительные документы

Сразу предупреждаем – будьте готовы к тому, что, хотя это и аморально, придется частенько «презентовать» небольшие бумажки с портретами или водяными знаками. Суммы разные и зависят от того, что именно, как срочно, в каком районе и где конкретно вы хотите начать свой аптечный бизнес. Если «стимуляция» принятия положительных решений всеми ответственными работниками обойдется вам в 1000-1500 долларов, можете считать, что вам просто повезло. После того как вы нашли помещение, надо привести его в соответствие нормам и требованиям.

Следующий шаг – получить «добро» от пожарной инспекции. Юридически за это денег не берут, фактически – бесплатным бывает лишь сыр в мышеловке. Пожарная и охранная сигнализации аптеки обойдутся в 1500-2000 долларов вместе взятые. Затем договор аренды необходимо утвердить для начала в городском территориальном медицинском объединении, а затем – в местном отделении фонда госимущества. Услуги этих организаций будут для вас бесплатными. если вы не спешите с открытием и вполне можете подождать пару лет.

Затем необходимо получить так называемый «паспорт аптеки» стандартного образца. После этого необходимо получить лицензию на розничную торговлю медпрепаратами в государственном департаменте по контролю за качеством, безопасностью и производством лекарственных средств и изделий медицинского назначения. Механизм получения разрешительных документов для аптечного пункта такой же, правда, с той разницей, что договор аренды заключается с медицинским учреждением. В этом случае мало просто «заинтересовать» его руководство — не забывайте, что врачам положено беспокоиться не только о себе, но и о других. Поэтому, скорее всего, придется сделать ремонт в некоторых помещениях больницы или поликлиники и (или) закупить для нее лекарств на энную сумму. И наконец договор необходимо утвердить в городском территориальном медицинском объединении: это бесплатно, но может занять две-три недели.

Аптечный киоск — выгоднее

Аптечный киоск или пункт — очень выгодная форма работы. Во-первых, из-за высоких требований к помещениям аптеку далеко не всегда удается разместить в местах скопления людей, тогда как киоск почти всегда можно «пристроить» в метро или в каком-либо здании возле остановки общественного транспорта. Во-вторых, более-менее точно предугадать спрос и внести соответствующие коррективы в ассортимент можно только в том аптечном пункте, который расположенном в лечебном учреждении. Наконец, затраты на открытие аптеки нельзя сравнить с затратами на открытие аптечного киоска или пункта. Если вы все же намерены создать свою розничную сеть из аптек, то имейте в виду, что многие ходовые препараты потребитель покупает, как правило, в киосках по дороге домой, поэтому в аптеке лучше сделать акцент на дорогие лекарства.

Выбор места

Аптеку лучше всего располагать в местах большого скопления людей: на остановках, возле оживленных транспортных магистралей, возле крупных торговых комплексов или непосредственно в них. Крупные аптеки с широким ассортиментом будут уместны и в центре «спальных» районов. С одной стороны, в «спальниках» можно арендовать помещение подешевле, а с другой — там больше потенциальных покупателей. Если они привыкнут к тому, что в вашей аптеке всегда можно купить практически любое лекарство, то, скорее всего, вашими постоянными клиентами станет большинство жильцов микрорайона. Мелкая аптека с самым ходовым ассортиментом, расположенная в глубине жилого массива, также будет неплохо работать, но в таком случае вам придется рассчитывать лишь на жителей ближайших домов. Для такой аптеки можно выкупить одну или несколько квартир на первом этаже жилого дома и перевести их в нежилой фонд.

Стоимость

Выбор помещения для аптеки всецело зависит от суммы, которую вы готовы на него потратить. Вне зависимости от того, будете вы арендовать или выкупать помещение, ориентироваться стоит на сложившиеся в регионе средние цены на недвижимость. Помещения, предлагаемые по минимальным ценам, по своим характеристикам вас вряд ли устроят — они либо крайне неудобно расположены, либо их ремонт будет стоить очень дорого. Исключения — торговые площади, выставленные на продажу по случаю ликвидации бизнеса. Но прежде чем ими воспользоваться, лучше все-таки уточнить, что стало причиной ликвидации. Чтобы через какое-то время не заниматься продажей самому. Помещение в столице вам обойдется от 150-200 долларов в «спальных» районах до $600-900 в центре за квадратный метр. Последняя цифра нам кажется несколько запредельной, тем более что цены на недвижимость сейчас снижаются. Арендовать пригодное для превращения в аптеку помещение можно и за 4-6 и за 10-12 долларов за квадратный метр. Все зависит как от места, так и от вашего личного умения договариваться. Стоимость аренды или покупки помещения под аптечный киоск или пункт в пересчете на квадратные метры в среднем такая же, как и для аптеки.

Аптека — стабильнее

Вот, что рассказывает один из успешных руководителей сети столичных аптек: «На сегодняшний день наша розничная сеть состоит только из аптек. Мы отдали им предпочтение по нескольким причинам. Во-первых, киоски и пункты — наверняка временное явление, поэтому фирме, которая пришла на рынок с серьезными намерениями и надолго, лучше выбирать стабильные формы работы. Во-вторых, только в аптеке потребителю можно предложить широкий ассортимент лекарств и высокий уровень обслуживания. Ведь аптечный пункт можно располагать только в медицинских учреждениях, а значит, площадь его ограничена, ассортимент, соответственно, — тоже, Ну а в аптечном киоске, согласно существующим нормативным документам, потребителю можно предложить только медикаменты, которые отпускаются без рецепта.

Ремонт и оборудование

Каких-либо специальных требований к вентиляции и канализации в аптеках, которые не занимаются изготовлением лекарств, нет. Эксклюзивный ремонт в аптеке — дело вкуса и кошелька хозяина. Потребитель интересуется ее интерьером в самую последнюю очередь. Кроме того, вам и так хватит забот, чтобы довести помещения «до ума». Для отделки стен и потолков необходимо использовать материалы, допускающие влажную уборку с применением дезинфекционных растворов. Это, например, водостойкие краски, эмали или кафельные глазурованные плитки холодных тонов (голубого, серого, светло-зеленого), имеющие высокий коэффициент светоотражения. Пол необходимо покрыть керамическими неглазурованными плитками или линолеумом, швы между ними необходимо заварить. Пол должен быть утеплен во всех помещениях аптеки. Нужно приготовиться к тому, что ремонт перейдет в хроническую стадию с ежегодными обострениями — покраску и побелку производственных помещений необходимо проводить не реже одного раза в год. Оконные форточки или фрамуги необходимо оборудовать съемными сетками с размером ячейки не более чем 2 х 2 мм . По оценкам экспертов, ремонт с доведением помещения «до кондиции» в соответствии с вышеуказанным приказом «потянет» на 200–250 долларов за 1 кв.м, включая стоимость перепланировки. Поскольку в аптечном киоске и пункте производственных помещений нет, вышеуказанные требования на них не распространяются, а значит, на их ремонте можно сэкономить.

Оборудование

Для экспозиции лекарств необходимы застекленные стеллажи, а для их хранения — шкафчики. Кроме того, нужен металлический сейф для хранения отравляющих и наркотических веществ и холодильники. Для киосков металлический шкаф не нужен, так как  они не имеют права торговать рецептурными лекарственными формами. Естественно, нужен ЭКК. Согласно опыту работы столичных аптек, в аптеке на первых порах достаточно одного ЭКК. Можно купить готовое оборудование, а можно изготовить под заказ. Требования к материалу, из которого изготовлено оборудование, такие же, как и к отделочным материалам: они должны выдерживать чистку с применением различных моющих средств и дезрастворов. Это стекло, дерево, металл, пластик. В целом, оборудование аптеки обойдется вам примерно в 6–7 тыс. долларов, пункта — в 3,5–4 тыс., киоска — в 2,5–3 тыс.

Ценообразование

Как оказалось, все фирмы, торгующие лекарствами, поднимают наценку до верхней планки — спрос все равно стабильный. На первый взгляд, с учетом разного количества покупателей (средняя столичная аптека за день обслуживает примерно 150-250 клиентов) разной должна быть и выручка. К тому же и «торговые» площади этих точек существенно отличаются. Тем не менее, на вопрос о выручке мы получили от ряда столичных аптекарей довольно неожиданный ответ — независимо от вида точек (будь то аптека, пункт или киоск), средняя выручка в успешно работающих столичных аптечных точках примерно одинакова — 1500–3000 руб. в день. По расчетам специалистов, средняя стоимость покупки в аптеке — около 100–150 руб.., А в киоске или пункте — около 60–80 руб. Объясняется такая разница тем, что дорогие препараты большинство пациентов предпочитают покупать все-таки в аптеках. Видимо, доверяют больше. Соответственно, в ассортименте киосков или пунктов дорогие препараты должны быть представлены скромнее, чем в аптеках.

Персонал

Сразу оговоримся: продавцов в аптеке нет, это не магазин. В аптеке есть специальности — фармацевт (нужно среднее фармацевтическое образование) и провизор (необходимо высшее медицинское образование). Прилавок в аптеке называется «первым столом». Поэтому сотрудник, отпускающий медикаменты, на «сленге» аптечных спецов называется провизором (фармацевтом) первого стола, или попросту «первостольником». Наконец, нет и уборщиц, есть санитарки. Минимальный штат «материнской» аптеки: заведующий, «первостольник», бухгалтер, санитарка. Необходимый минимум сотрудников для аптеки-филиала: те же, кроме бухгалтера.

Очень часто один «первостольник» с потоком посетителей справиться просто не в состоянии, и заведующему приходится занимать место за прилавком. Появление второго отдела увеличивает пропускную способность аптеки. Поэтому, если с местом вы угадали, на количестве персонала, стоящего за прилавком, лучше особо не экономить. В отдельных случаях целесообразно иметь еще и отдельного кассира.

В аптечном пункте или киоске запросто управляется и один фармацевт или провизор. Правда, поскольку он в этом случае выполняет еще и обязанности санитарки, жалование ему увеличивают. В столице заведующий коммерческой аптекой «стоит» около 250 долларов в месяц, провизор (фармацевт) первого стола — 150–200, бухгалтер — 200, санитарка — от 25 до 35 долларов.

Если аптека или киоск расположены на «бойком» месте, они должны работать по 11 часов в сутки — с 9 утра до 8 вечера без выходных. Если точка расположена в «спальном» районе или в медицинском учреждении, то вполне достаточно и 8-часового рабочего дня с выходным в воскресенье. Не забудьте, что, согласно КЗоТу, сотрудник должен работать на вас не более 40 часов в неделю. Поэтому при 11-часовом графике работы без выходных количество фармацевтов или провизоров «первого стола» необходимо удвоить.

Работающим в аптеке необходимо иметь фармацевтическое образование. Это условие обязательно для всех, кроме разве что экономистов и санитарок. Причем должность заведующего может занимать только провизор, а «первостольником» могут быть как провизор, так и фармацевт. Наличие санитарной книжки обязательно для всех без исключения. Желателен также опыт работы на аналогичной должности. По мнению большинства опрошенных специалистов, вчерашний выпускник попросту растеряется среди двух с половиной тысяч наименований лекарственных препаратов с созвучными названиями, которые составляют ассортимент аптеки. Нельзя забывать, что если 5-7 лет назад большинство больных приходили в аптеку уже с рецептом, то теперь к врачам обращаются реже, предпочитая заниматься самолечением. И зачастую именно аптекарю приходится рекомендовать тот или иной препарат. Кроме того, доктора тоже люди и могут допускать в рецептах на готовые лекарственные формы (других коммерческая аптека не продает. — см. «ассортимент».) Ошибки могут быть иногда безобидныим для пациента, а иногда не очень. Проверить правильность назначения того или иного препарата и дозы его приема тоже должны в аптеке. Поэтому, по мнению ряда столичных аптекарей, на должность «первостольника» также предпочтительнее нанимать провизора.

Но особенно тщательно необходимо выбирать заведующего, поскольку именно он будет формировать ассортимент вашей аптеки. Базовые требования к заведующему, при невыполнении которых вам просто не выдадут лицензию, — высшее фармацевтическое образование (провизор) и курсы повышения квалификации каждые пять лет. Однако наличие этих документов еще не означает, что человек, который пришел наниматься к вам на работу, действительно высококлассный специалист.

Необходимо также обращать внимание на опыт работы. Естественно, чем больше, тем лучше, но необходимый минимум — 3–5 лет. Лучше, если провизор имеет еще и опыт работы в коммерческих структурах — ведь ассортимент, а главное — прибыльность бывших государственных аптек, вряд ли вас устроят. Если срок бездействия провизора не превышает 3–5 месяцев, состав поставщиков, с которыми провизор работал на прежнем месте, не сильно изменился. Если же прошло больше времени, то многие контакты, вероятно, утеряны, и придется начинать поиск оптовиков заново. Особое внимание необходимо обратить на причины увольнения с предыдущей работы. За формулировкой «служебное несоответствие» в аптечном бизнесе часто скрываться грубое нарушение, повторение которого может стоить вам лицензии. Не менее тщательно нужно выбирать и бухгалтера. Он должен уметь красиво «оптимизировать» налоговую и бухгалтерскую отчетность для того, чтобы вы могли платить персоналу не только официальные (или немного больше) в месяц, но и «вынимать» из оборота «живые» деньги на неофициальную (основную) часть заработка. Впрочем, такие требования к бухгалтеру общеизвестны, и подробно останавливаться на них не стоит.

Источник: http://www.yesyes.ru

Комментарии (43)

Оказание срочной технической помощи на дорогах как бизнес

Добавлено 30 Сентябрь 2009 admin

Расчет на большую потребность оказания срочной техпомощи, а значит, заманчивые перспективы успешного бизнеса  не всегда оправдывается. Такие компании вынуждены конкурировать со специализированными фирмами, каждая из которых умеет намного лучше делать своё дело. Поэтому количество членов российских автоклубов так невелико.

Непредвиденные ситуации в жизни автомобилистов случаются постоянно. Тем более в России. То на морозе аккумулятор разрядится , то генератор ремень перестанет крутить, то колесо спустит…
Раньше практически каждый владелец автомобиля в нашей стране мог чуть ли не с закрытыми глазами прочистить карбюратор, а то и перебрать начинку стареньких «Жигулей». Сейчас времена иные.. За руль иномарок сели миллионы, которые абсолютно не представляют себе, устройство автомобиль. И уж тем более — как в случае поломки ликвидировать неисправность. Эти люди достаточно зарабатывает, чтобы поручить такие заботы профессионалам. Ну и , разумеется, чтобы оплатить эту работу.

Дефицит экстренной помощи автомобилистам на дорогах давно привлекает инвесторов. В России появилось уже несколько довольно крупных компаний, специализирующихся на оказании таких услуг.. Однако еще трудно утверждать, что к акционерам этих проектов деньги текут рекой. Самые известные игроки — «Ангел» (первый коммерческий клуб, образованный в 1994 году), Автомобильный клуб России (1996), «А24» (1998) и АвтоКлуб «Ассистанс-Рус» (2002). С 1 июня прошлого года к группе первопроходцев присоединилось и Российское автомобильное товарищество (РАТ).

«Страховщик позаботится о вас – вызовет эвакуатор и заплатит деньги только при наступлении страхового случая», — популярно описывает суть дела Сергей Соломоденко, президент группы компаний „Ангел“. — А если у вас, к примеру, разрядился аккумулятор, вам не только придется платить, но еще придется потеряете полдня на доставку машины в автосервис. А если вы член автоклуба, достаточно лишь позвонить — и примерно через полчаса к вам прибудет техпомощь, специалисты проведут диагностику зарядят ваш аккумулятор и выдадут все необходимые рекомендации. И все! Половина рабочего дня будет спасена».

Услуги действительно полезные. Но, по всем признакам, ими до сих пор пользуются очень мало автомобилистов,. По крайней мере, доходы «автоангелов» уж точно не растут так же быстро, как растет автомобильный рынок в целом. Хорошо бы разобраться в происходящем.

Доходы и партнеры
В действительности большинство компаний, предлагающих экстренную помощь, занимается обычной розничной торговлей. Ведь для них одним из основных источников дохода остается реализация карт, подтверждающих членство клиентов в клубе и позволяющих в течение года получить базовый набор услуг без дополнительной оплаты. Самые популярные предложения — эвакуация, техпомощь, выезд на место ДТП аварийных комиссаров, а также возможность отремонтировать машину в собственном клубном автосервисе или центре, с которым у клуба имеется договор

Например, ежегодный членский взнос в клубе «Ангел» колеблется от 9 500 до 17 000 рублей (продлевающих контракт ждут прогрессивные скидки). Однако, все это лишь повод для того, чтобы попытаться продать клиенту дополнительные сервисы. Скажем, скидки на бензин должны «пристегнуть»  клиентов автоклубов к определенным заправочным станциям. Отдав машину в ремонт, клиент может воспользоваться таксомоторной компанией клуба. Если получилось продать все эти услуги, можно также попытаться продать члену клуба туристическую путевку или билет на самолет в рамках договоренностей с данными партнерами по бизнесу. А еще лучше, если автомобилист будет обращаться на клубную станцию техобслуживания по всем вопросам.

С точки зрения модели бизнеса все логично. Но коммерческие автоклубы в России до сих пор не в состоянии похвастаться серьезными достижениями. Ни одному участнику этого рынка не удалось пока полностью реализовать этот по сути хороший план. Что, впрочем, не мешает руководителям таких проектов стремиться заполнить сервисные ниши и наращивать спектр услуг. Характерный пример — услуги аварийных комиссаров, которые до сих пор доступны лишь обладателям привилегированных страховых полисов.

— В условиях ДТП аварийный комиссар помогает решить массу вопросов, начиная от сбора справок в ГИБДД и заканчивая калькуляцией и оценкой ущерба, причиненного автомобилю, — уверяет Мария Агеева, маркетолог Автомобильного клуба России. — Тем самым мы освобождаем автовладельцев от необходимости тратить на оформление документов свое бесценное время. Как известно, в нашей стране эта процедура может стать весьма трудоемкой. Кроме того, участники нашего автоклуба в любое время могут воспользоваться услугой юридической помощи и получить квалифицированные консультации специалистов, вплоть до представления их интересов в суде.

Единственный шанс подобных проектов на окупаемость — обилие разнообразных продуктов и услуг в ассортименте. Так, РАТ, предлагая  клиентские карты стоимостью 3 600 рублей, обещает услуги техпомощи, эвакуацию в случае ДТП или при слишком серьезной поломке, когда устранить ее на месте невозможно, круглосуточную юридическую поддержку (в том числе на английском языке) и выезд аварийного комиссара на место аварии. Развивается и дисконтная программа, в которой участвуют банки, страховые компании, автомойки, станции техобслуживания, магазины запчастей, АЗС и рестораны.

Решительную попытку увеличить сборы с клиентов автоклубы предпринимаю при заключении договоров страхования. PR-менеджер СК «Ренессанс Страхование» Ольга Михаленко считает вполне привлекательным для страховщиков сотрудничество с автоклубами. Как минимум это дополнительный канал сбыта страховых услуг: «Автоклуб выступает в роли страхового агента или брокера, а для самого автоклуба сбыт полисов автострахования — дополнительный заработок». В свою очередь, картами автоклубов пытаются в своих офисах торговать и страховщики. В частности, членство в РАТ можно приобрести в региональных офисах Росгосстраха, стратегическим партнера «Товарищества». «Услуги, которые мы предоставляем, не противоречат предложениям страховой компании, а скорее дополняют их, — говорит Александр Громков, руководитель департамента внешних коммуникаций РАТ. — Мы точно так же в случае ДТП предоставляем аварийного комиссара и эвакуатор. Если клиент застрахован по полису автокаско, предусматривающему услуги эвакуатора и аваркома, человек вправе выбрать, к кому ему обратиться. Однако если учесть, что в России довольно низок процент застрахованных по автокаско, наши услуги часто оказываются хорошим дополнением к ОСАГО».

Однако, и здесь до полной идиллии далеко. «Сотрудничать с автоклубами по вопросам урегулирования убытков, а тем более вкладывать средства в развитие этого бизнеса страховщикам не слишком интересно, — поясняет Ольга Михаленко. — Ведь крупные страховые компании уже много вложили — и продолжают вкладывать — в развитие инфраструктуры страхования. Внедрены операторские центры, позволяющие быстро реагировать на произошедший страховой случай, созданы базы данных, используются современные информационные системы,. Так что автоклубы – это скорее некие профсоюзы, которые смогут защитить и представить права автовладельца не только и не столько перед страховщиком, сколько во взаимоотношениях с другими институтами».

Что-то не так

Сейчас количество членов коммерческих автоклубов в России исчисляется жалкими тысячами. Результат, разительно отличающийся от достижений зарубежных компаний, которые российские «автоангелы» избрали в качестве образцов для подражания. Так, в немецком автоклубе ADAC состоит 15 миллионами членов, а в английском RAC — шесть миллионов. Не будем забывать о том, что история старейших европейских клубов помощи на дорогах насчитывает уже лет сто. Но что мешает российским автоклубам решительно наращивать клиентскую базу? Плохо рекламируются? Услуги слишком дороги? А может быть, на самом деле они никому не нужны? Судя по всему, речь следует вести о комплексе проблем.

Генеральный директор группы компаний «МедиаПартнер» из Екатеринбурга Светлана Владимирова, уверена, что лишь с появлением нового игрока — РАТ — участники рынка всерьез задумались об эффективной рекламе своих предложений. По крайней мере, оно стало первой компанией, сделавшей заявку на бизнес федеральные масштабы.

— Как правило, автоклубы не шли дальше локальных кампаний с использованием интернет-форумов и листовок на заборе, —поясняет Владимирова. — И лишь в случае с РАТ можно говорить о масштабной программе продвижения. Вот только активных усилий по целенаправленному PR-сопровождению этой работы не заметно. Ну, скажите мне, потребителю, с какой стати я должна покупать карточку какого-то автоклуба? Чтобы пользоваться его услугами? Но я же ничего не знаю о компании и ее ценностях! Прежде всего, российским автоклубам необходимо стать доверенными лицами потребителей, их постоянным сотрудником и «другом», приучить, а значит, и «приручить» автолюбителя. И только потом открывать и продвигать дополнительные сервисы. Но для решения этой задачи банальной лизинговой рекламы и редких новостей в СМИ явно недостаточно. Требуется постоянная, непрерывная и регулярная работа в сфере PR-коммуникаций, причем работа не только на федеральном уровне, но и в каждом отдельно взятом регионе.

Хотя надо сказать, что невнятный маркетинг — отнюдь не единственная причина низкой популярности клубов экстренной помощи автомобилистам. Большинство возможных клиентов отпугивают высокие цены на членские карточки. Для сравнения: стоимость ежегодного членства в немецком ADAC составляет от 44 до 78 евро в зависимости от условий. Снижать цены автоклубы не могут, поскольку в условиях жалкой абонентской базы рискуют лишить себя одного из основных источников доходов. Однако, не меняя тарифную политику, клубы вряд ли могут рассчитывать на приток новых членов. По расчетам независимых экспертов, более или менее разумные финансовые потоки возникают у таких компаний лишь после того, как количество членов превысит 100 тысяч человек.

Судя по всему, РАТ как раз пытается обменять низкие цены на массовость. Однако конкуренты не верят, что такая стратегия окажется удачной. Сергей Соломоденко («Ангел») отказывается понимать, как при цене годовой карты в 3 600 рублей РАТ собирается сводить концы с концами, обещая безлимитную эвакуацию. Соломоденко не рискует прямо обвинять своих соперников в «умолчаниях», однако утверждает: «Вот уже несколько лет на рынке действуют клубы, которые говорят одно, а делают другое. Например, обещают бесплатную эвакуацию, за которую на самом деле нужно платить. Чтобы проверить, как работают конкуренты, мы специально вступили в один из автоклубов. После второго вызова к нам ехали четыре часа, а после третьего прямо сказали по телефону: извините, вы дезактивированы в нашей системе. Мы поинтересовались: а почему, собственно? Ответ был прост: мы не объясняем причин, это решение компании, ваша карта аннулирована. После такого «сервиса» можно уже не удивляться тому, что у потребителей складывается негативное отношение к нашему бизнесу».

Основу всех проблем рынка экстренной помощи на дорогах Сергей Соломоденко видит как раз в активности «паршивых овец», которые бездумно скопировали внешние формы зарубежных коллег, не адаптировав бизнес-модель к российским реалиям.

Молот и наковальня
Похоже, в стремлении занять нишу этаких супермаркетов услуг для автовладельцев участники рынка автомобильных клубов не учли целый ряд факторов, в том числе особенности контингента клиентов  и возрастающую активность специализированных компаний.

Так, в сегменте эвакуации все более активны маленькие фирмы, порой эксплуатирующие всего пару автомобилей — манипулятор (тот, что оборудован «рукой» и позволяет, например, выудить заставленный другими машинами на штрафной стоянке автомобиль) и обычный эвакуатор с лебедкой. В Москве такая техника окупается года за полтора, а затем начинает приносить устойчивый доход. Ну а если договориться с сотрудниками ГИБДД и за «некоторое вознаграждение» получать от них информацию о ДТП — такой микробизнес становится просто непотопляемым, даже в границах одного района. Достаточно вовремя приехать к месту происшествия, чтобы принять на борт поврежденный автомобиль. К тому же пребывающий в состоянии шока водитель вряд ли будет торговаться и отдаст любые деньги, лишь бы сразу же после оформления документов покинуть место происшествия, доставив серьезно пострадавшую машину в гараж, а то и прямиком в автосервис.

Автомобильные клубы тоже налаживают контакты со страховыми компаниями и ГИБДД, раньше других получающими информацию об аварии. По крайней мере, в столице эвакуаторы «Ангела» нередко умудряются появляться на месте происшествия быстрее, чем наряд ДПС. И все же мелкие фирмы отбирают хлеб у менее поворотливых клубов помощи на дорогах.

Другая очевидная проблема — особенности контингента автовладельцев, теоретически готовых раскошелиться на членскую карточку. Те, кто не испытывает недостатка в средствах, ездят на гарантийных автомобилях. Они редко ломаются. Но даже если это случается, ремонтировать машину будет официальный дилер. Те же, кто бережет каждый рубль, как правило, умеют самостоятельно произвести необходимый мелкий ремонт на дороге и носят в записной книжке телефон, по которому в случае экстренной необходимости можно вызвать недорогой эвакуатор. И такие клиенты уж точно не будут покупать у автоклубов туристические путевки.

Не следует забывать, что и владельцы подержанных иномарок предпочитают все-таки специализированные автосервисы, а не универсальные услуги по ремонту, которые предлагают автоклубы. «Официальные дилеры — профессионалы, специализирующиеся на конкретных марках автомобилей, — говорит Андрей Ипанов, заместитель гендиректора и руководитель службы сервиса компании „Авто Ганза“. — А значит, они способны оказывать более качественные услуги по ремонту, чем станции техобслуживания при автоклубах».

Кроме того в среде автомобилистов давно сложились неформальные клубы по интересам, как правило — вокруг определенных марок автомобилей. Характерный пример — конференции на портале «Авто. Ру», где участники всегда могут получить квалифицированную юридическую помощь, рекомендации по выбору недорогого и качественного автосервиса, а то и совершенно практическую помощь вроде буксировки автомобиля соклубника на тросе до ближайшего технического центра.

Вот весьма показательный отзыв одного из участников клуба владельцев Renault Megane, оставленный на интернет-форуме: «Для меня „Меган-клуб“ давно стал родным домом, а „меганавты“ — одной большой семьей! В отличие от автоклубов, которые за деньги предоставляют своим членам лишь некоторые услуги, отношения в „Меган-клубе“ строятся на абсолютно других принципах и бесплатно. Да, наш клуб зарабатывает какие-то деньги на реализации клубных карт и символики, но это делается лишь для того, чтобы окупить всевозможные расходы, связанные с его функционированием. Строя отношения с партнерами, мы стараемся сделать сотрудничество взаимовыгодным. Партнер получает дополнительную рекламную площадку, возможность обретения дополнительных клиентов, а „меганавты“ — качество за разумные деньги и, кроме того, помощь клуба в сложных ситуациях».

Другая неприятность — собственные программы помощи на дорогах, развиваемые в России представительствами компаний-автопроизводителей — GM, Nissan и других. Вот и получается: владельцы коммерческих клубов помощи на дорогах все делают правильно, и вроде бы даже «по науке». Однако каждый раз выявляются какие-то обидные пустяки и мелочи, которые портят всю картину.
Существующий рынок автоклубов — это гонка на выживание. К тому моменту, когда массовый потребитель созреет для таких услуг, в финале останутся лишь самые упорные. Впрочем, именно тогда в этом бизнесе могут появиться куда более сильные инвесторы, которых привлечет уже расчищенная и подготовленная площадка.

Сейчас действующие участники этого сервисного сегмента пытаются расширить поле деятельности за счет провинции. РАТ строит собственную федеральную сеть, тогда как другие работают на принципах франчайзинга. И есть подозрение, что речь идет о попытке нарастить капитализацию, а не столько о поисках новых клиентов. В ближайшие годы на российском рынке могут появиться и «дочки» крупных европейских клубов помощи на дорогах. В частности, подразделение английской компании RAC, ее представители уже заявили о намерении приобрести один из российских клубов. Что же, в нынешних условиях альянс со стратегическим инвестором может оказаться лучшим выходом для инвесторов, столкнувшихся с медленным ростом капитала на фоне бизнес-плана, выглядевшего почти беспроигрышным.

Комментарии отключены



Error. Page cannot be displayed. Please contact your service provider for more details. (20)

|